Previous Entry Share Next Entry
Сравниваем роль отца в белорусской и шведской семьях
sergeybond wrote in swedencommunity
Оригинал взят у sergeybond в Сравниваем роль отца в белорусской и шведской семьях
Интересная статья-интервью вышла вчера на сайте белорусского издания tut.by, на тему сравнение роли родителей, в основном отцов, в воспитании детей. Так же рассматриваются и другие актуальные вопросы современной семьи. Ниже привожу этот материал полностью.

Швеция — самая гендерно чувствительная страна в мире. В шведском языке есть местоимения «хун» — она, «хан» — он и «хен» — она или он. Там большинство мужчин присутствуют при родах и берут отпуск по уходу за ребенком. Там однополым парам разрешено иметь детей. Белорусам все эти тенденции чужды, а некоторые и вовсе считают их ненормальными.

TUT.BY сравнил роли отца в двух странах вместе с представителем шведской общественной организации «Мужчины за гендерное равенство» Матсом Бергреном и белорусским социологом, главой МОО «Гендерные перспективы» Ириной Альховкой.




«Отпуск по уходу за ребенком берут восемь из десяти шведских отцов»

Господин Бергрен, у вас есть дети?
Матс Бергрен (М.Б.): Четверо детей и трое внуков.

Вы брали отпуск по уходу за детьми?
М.Б.: Да, со всеми своими детьми я сидел в отпуске. Самый долгий длился полгода.

Вы сами ухаживали за малышами или вам кто-то помогал?
М.Б.: Сразу после рождения отпуск брала жена, а потом, когда ребенок немного подрастал, уже я. Но вообще-то с первого дня жизни детей мы разделили обязанности. Она кормила грудью, а я менял подгузники. Поэтому я смог полноценно ухаживать за детьми, когда жена вышла на работу. Конечно, в первый день мы оба немного нервничали. Но ребенку было уже 6 месяцев, и он был со мной хорошо знаком, потому что мы проводили много времени вместе.


Вы звонили жене, чтобы спросить, как и что делать?
М.Б.: Может, пару раз за все время. Спрашивал, где что-то лежит.
Как много отцов в Швеции берут отпуск по уходу за ребенком?
М.Б.: Восемь из десяти. В последние годы эта цифра неизменна. Отпуск по уходу за ребенком в Швеции для обоих родителей длится 16 месяцев. Папы берут в среднем 3 месяца.

«Женщина незаменима для грудного вскармливания, остальное может делать и папа»

В Беларуси только около 1% отцов и дедушек оставляют работу ради ребенка. Ирина, как вы считаете, почему?
Ирина Альховка (И.А.): Много причин. Во-первых, экономические. Семье невыгодно, чтобы отпуск по уходу за ребенком брал родитель, который зарабатывает больше, а это чаще всего мужчина. По статистике, белорусские женщины зарабатывают на четверть меньше. У нас пособие на ребенка привязано к средней зарплате по стране, а в Швеции — к зарплате на конкретном рабочем месте. То есть если высокооплачиваемый специалист в Швеции возьмет отпуск по уходу за детьми, то он может рассчитывать на более высокое пособие.
Во-вторых, социальные причины. Психологи говорят, что ребенку до 3 лет нужна только мама. Кто придумал это ограничение, как это доказано? Женщина незаменима для грудного вскармливания. Остальное может делать и папа, потому что остальное — научаемое. Женщины тоже не рождаются с умением кормить детей и пеленать их. Социальное давление на мужчин о том, что воспитание детей — немужское занятие, слишком велико, чтобы отпуск по уходу за ребенком стал массовым явлением.
Еще мы в «Гендерных перспективах» иногда встречаемся с банальной неграмотностью, когда бухгалтерия не знает, что отец может оформить на себя отпуск по уходу за ребенком.

Я недавно читала комментарий на форуме на эту тему. Милиционер рассказывал, как хотел «уйти в декрет», но ему не разрешили.
И.А.: Да, в Беларуси военнообязанные и безработные мужчины не могут этого сделать, за исключением случаев отсутствия или болезни матери.

«Жена пробыла с ребенком дома полтора года, но никто не сказал, что она молодец»

Белорусские власти размышляют о том, чтобы сделать отпуск по уходу за ребенком обязательным для отцов. Господин Бергрен, что вы думаете об этой инициативе?
М.Б.: Я считаю, это хорошо. Каждая семья должна иметь возможность поделить отпуск. В Швеции наблюдается хороший эффект от такого разделения. Такая возможность у отцов появилась в 1974 году, но они стали активно пользоваться ей последние лет 15. Когда я был отцом в 80-е годы, только 8% пап прерывали работу ради ребенка. Я чувствовал, что это что-то уникальное. Сейчас этим никого не удивишь.

Как ваши знакомые мужчины относились к тому, что вы сидите дома с детьми?
М.Б.: Всем нравилась эта идея. Шведы уже тогда одобряли это, но еще не сформировалась культура. С первым ребенком я был в отпуске всего 1 месяц. Когда я сказал об этом своей маме, она меня похвалила. Моя жена тогда пробыла дома полтора года, никто не сказал ей, какая она молодец. Я подумал, что это странно.
Кстати, сейчас в Швеции такие правила, что если мужчина не возьмет отпуск на 60 дней, то семья потеряет эти два месяца и пособие на это время. Женщина не сможет воспользоваться ими. А с 1 января 2017 года это будет уже 90 дней.

Ирина, как вы думаете, инициатива про обязательный отпуск для отцов сработает без экономического стимула?
И.А.: Думаю, нет. У нас пособие на ребенка не привязано к зарплате конкретного человека. Непонятно, обеспечит ли государство или наниматель сохранение зарплаты отца на период отпуска. Семья должна финансово себе позволить, чтобы мужчина не работал. И, кстати, что будет с женщиной, пока он в отпуске? Она должна будет выйти на работу или законодатель позволит обоим родителям ухаживать за ребенком? Применять экономические меры — это нормально.

«Отец — это как Бог: даже если его нет, то все знают о нем и все его боятся»

Три года — не слишком ли это долгий срок декретного отпуска?
М.Б.: Мне сложно судить, в каких условиях в Беларуси проходит отпуск по уходу за ребенком. Я бы сказал, что проблема не в длительности, а в том, что в 99% случаев женщины берут этот отпуск. Мама остается с ребенком, забрасывает карьеру, занимается неоплачиваемой домашней работой.
И.А.: Женщина может выйти и раньше, но вообще я к такому большому сроку отношусь отрицательно. Во-первых, это тормозит профессиональное развитие. В Беларуси семьи ориентированы на то, чтобы двое супругов работали, иначе не выжить. 3-годичный декрет негативно сказывается на финансовом состоянии семьи. Но мамы часто предпочитают сидеть в декрете и берут работу на дом, потому что определить ребенка в сад бывает проблематично, да и дети часто болеют, что раздражает работодателей.

Какова роль отца в современном обществе?
И.А.: Мужчин у нас видят добытчиками. Для них это извиняющий фактор за то, что они не занимаются ребенком: «Я же зарабатываю деньги. Мне некогда». Но экономическая ситуация такова, что оба супруга работают, почему же домашние обязанности делятся так жестко, что женщине достается быт и дети, а мужчине компьютер и футбол? Мужчины теряют полноценные человеческие отношения со своими детьми, потому что они в них не инвестируют. Взаимопонимание с ребенком само по себе не появится.
Советский социолог Игорь Кон говорил, что отец — это как Бог: даже если его и нет, то все знают о нем и все его боятся. Ему даже не надо присутствовать. И сегодня социологи используют термин «отсутствующий отец». Папа, может, и есть в семье формально, но его вклада нет, он эмоционально отсутствует.
М.Б.: Самая важная роль для мужчины — это роль родителя. В мире моей мечты не должно быть различий между ролями женщины и мужчины в качестве родителей.

А в вашем идеальном мире дочь может поделиться с папой тем, что обычно рассказывает маме? Например, историей первой любви.
М.Б.: Мои дочери делились со мной такими историями. Я думаю, что заслужил это своим участием в их жизни. Я не просто приходил домой с работы и играл с ними в выходные. Я их одевал, я на них злился, я с ними веселился. Все это и сформировало наши отношения. Это я и объясняю отцам в папа-группах — отношения с детьми не построятся сами по себе.

Что такое папа-группы?
М.Б.: Это проект по гендерному равенству, в рамках которого мужчины могут встречаться и беседовать между собой на темы детей и отношений. Папа-группы в Швеции каждый год посещают около 10 тысяч мужчин. Занятия бесплатные. Группу ведет не эксперт, а обычный папа. Он слушает разговоры участников, отвечает на их вопросы. Темы занятий могут быть разными: как быть отцом, мой собственный отец. В группах папы могут отрабатывать практические навыки, например, как правильно поменять подгузник.

«Дети, к которым не применяли физические наказания, менее склонны к агрессии»

В 1979 году Швеция стала первой страной в мире, где запретили физическое наказание детей, приравняв его к преступлению. Сейчас на них запрещено даже повышать голос. Как эта политика повлияла на их поведение?
М.Б.: Нет, голос повышать можно. Шведские родители не перестали воспитывать своих детей, просто перестали делать это физически. Дети, к которым не применяли физические наказания, сами не будут их применять. Вообще они менее склонны к агрессии.

Вы когда-нибудь били своих детей?
М.Б.: Нет.

Вы чувствовали себя беспомощным в некоторых ситуациях?
М.Б.: Конечно, иногда хочется выбросить детей через окно (смеется. — TUT.BY). Но это всегда мои эмоции. Я свои ожидания из взрослого мира переношу в мир ребенка. Нужно понимать, что дело всегда в тебе самом. Мой отец также никогда не бил меня, хотя в тот момент это еще было законно.

Как вы относитесь к партнерским родам?
М.Б.: Я присутствовал на родах все 4 раза. Я по-другому себе это не представлял. Это же моя жена рожает моего ребенка, ей нужна помощь и поддержка. Перед рождением первенца у меня еще спрашивали, хочу ли я присутствовать на родах, хотя уже тогда большинство отцов это делали. Сейчас такой вопрос мужчинам просто не задают: в Швеции около 97% отцов проходят через партнерские роды.

В подавляющем большинстве случаев белорусские суды оставляют детей матери после развода. Разве что если она алкоголичка или наркоманка, тогда их могут отдать отцу. А как это происходит в Швеции?
М.Б.: На работу с папа-школами меня когда-то вдохновила именно тенденция, что после развода папа практически исчезал из жизни ребенка. Сейчас в Швеции практикуется разделенная опека. Ребенок живет неделю у отца и неделю у матери.

Ирина, что вы думаете о белорусской судебной практике оставлять детей с матерью?
И.А.: К сожалению, так складывается правоприменительная практика. У нас прописано в законодательстве, что после развода опека может быть отдана одному из родителей. То есть у нас законодательство сегодня шире, чем практика, что бывает очень редко. Судьи сами считают, что для ребенка мать важнее, чем отец. Но это стереотип, не основанный на фактических данных.

Как переломить эту практику?
И.А.: Говорить, почему отцы детям нужны так же, как и матери. Решение должно приниматься в интересах ребенка. А в чем его интересы? Иметь одного из родителей? А как сравнить, кто лучше, мама или папа? И папам нужно понять, какую роль они хотят играть. Пока они видят себя только кошельком, они не смогут получить равное отношение. «Если ты не умеешь ухаживать и воспитывать, зачем тебе ребенок? Плати алименты, а мама позаботится». Есть проблема, что мужчины не хотят брать на себя ответственность.

Они и алименты зачастую не хотят платить.
И.А.: Да, в Минске висят плакаты «Бывших детей не бывает». Их целевая аудитория — это именно разведенные мужчины, которые отказываются содержать собственных детей.

Платят ли родители в Швеции содержание на ребенка после развода?
М.Б.: Если родители вдвоем ухаживают за ребенком, то этот вопрос отпадает. В других случаях сумма зависит от зарплаты родителя, который не содержит ребенка. Чем больше зарплата, тем больше придется платить. Есть также гарантированная сумма на случай, если отец (в большинстве случаев это он) заболел или потерял работу. Ее выплачивает государство.

Много ли отцов уклоняются от содержания ребенка после развода?
М.Б.: Такие есть, но сейчас их мало.

Есть ли в Швеции так называемые «социальные сироты» — дети, которых бросают родители?
М.Б.: Это очень нетипично для нашей страны. У нас нет детских домов. Детей, которые осиротели, обычно забирают родственники.
«Дети сами выбирают свою ориентацию»

В Швеции легализованы гей-браки, а однополым парам разрешено усыновление. Действительно ли дети из однополых семей отличаются от детей, воспитанных гетеросексуальными парами?
М.Б.: Лесбийские пары в Швеции могут родить ребенка путем искусственного оплодотворения или усыновить. Но только за границей, в Швеции нет детей под усыновление. Если это гей-пара, то у партнеров меньше шансов усыновить кого-то. Есть ли страны, готовые отдать ребенка на усыновление паре мужчин? Хотя исследования показывают, что дети, выращенные в гомосексуальных семьях, не отличаются от детей из гетеросексуальных семей.

Влияет ли гомосексуальная семья на сексуальность детей?
М.Б.: Гомосексуальность не может передаваться каким-либо образом. Дети сами выбирают свою ориентацию, ведь в гетеросексуальных парах тоже может быть гомосексуальный ребенок.




?

Log in